сериал Штисель 2 сезон

## Отражение вечности: Размышления о мире Меа Шеарим и не только Этот сериал - не просто история, это окно в мир, который существует по своим, вечным законам. Чтобы понять его глубинную суть, необходимо заглянуть в прошлое, в ту многовековую историю иерусалимской общины, что формировалась столетиями. Сюда, в Святой город, стекались евреи из самых разных уголков мира, достигнув зрелости и накопив средства, дабы посвятить остаток своих дней изучению Торы. Местные арабы, с легкой долей иронии, называли их "бней мавет" - сынами смерти, намекая на аскетичный образ жизни и уход от мирских забот. Приезжали они со всех концов света - из Восточной и Западной Европы, из солнечного Марокко и древнего Египта, из плодородного Ирака и йеменских гор. Каждый народ привозил с собой уникальные традиции, свой особый уклад жизни. В Иерусалиме, как в калейдоскопе, переплетались разные культуры, создавая неповторимый колорит. В каждом квартале обитали представители определенной общины, у каждого были свои дома учения - йешивы, и собственные синагоги, где звучали молитвы на разных языках. На рынке, среди пестрой толпы, белорусский и йеменский еврей могли общаться на лошн-койдеш - святом языке Торы, или на древнем арамейском, языке Геморы. Эти языки имели общие корни, но произношение у ашкеназов, восточных и сефардских евреев отличалось. Порой, услышав незнакомый акцент, было трудно понять, что говорит собеседник. Тогда они прибегали к письменной коммуникации, обмениваясь коротенькими записочками, полными мудрости и духовного смысла. В современном Израиле доминирует сефардское произношение, и герои фильма говорят на нем. Но, цитируя Тору и Талмуд - основу их жизни, ведь фильм буквально пронизан этими цитатами - они используют ашкеназский диалект. Этот лингвистический нюанс создает ощущение достоверности, погружает в атмосферу прошлого. Идиш - язык, в котором говорят герои, конкретно белорусско-литовский диалект, был мне знаком с детства, и его звучание вызывало теплые воспоминания. Так же, как в моей семье, когда бабушка с дедушкой не хотели, чтобы я понимал, о чем они говорят, они переходили на идиш. Моя мать прекрасно понимала этот язык, а я, к сожалению, уже нет. Теперь мы с женой, когда хотим сохранить приватность, переходим на русский, и дети, хоть и понимают отдельные слова, не всегда могут уловить весь смысл сказанного. Идиш, увы, постепенно уходит в прошлое, его носителей становится все меньше. Со временем облик общины менялся. Если изначально сюда приезжали, чтобы упокоиться в изучении Торы, то позже появилось много хасидов с семьями, а "бней мавет" нередко заводили новые семьи и дарили жизнь новым поколениям. Старый город стал тесен для растущей общины, и в 1874 году иерусалимские евреи приобрели участок земли за пределами городских стен. Это было рискованное решение, ведь за стенами обитали разбойники и преступники. Архитектор Конрад Шик спроектировал укрепленный квартал в форме каре, где длинные здания служили внешними стенами, а шесть ворот, которые когда-то запирались на ночь, служили стражем спокойствия. Так родился Меа Шеарим, название которого, к сожалению, часто неправильно переводят как "Сто ворот". На самом деле, в Библии "меа" означает меру "сам-сто" - сто раз больше пшеницы собрал Исаак, чем посеял. Это название символизирует изобилие, благословение на Святой Земле. Практически все иерусалимские евреи получали финансовую поддержку - халуку - от своих общин и благотворителей. Специальные сборщики обходили еврейские местечки в Польше и России, собирая пожертвования. Никто не считал, что иерусалимские евреи должны трудиться в поте лица. Это был город-иешива, куда приезжали изучать Тору, и лишь немногие занимались ремеслами - брили, шили, тачали сапоги. И этим занимались сефарды, жившие в регионе Оттоманской империи, а не ашкеназы, которые посвящали все свое время изучению священных текстов. Так продолжалось из поколения в поколение, пока в наши дни ситуация не начала меняться. Появились движения "Поалей Цион", "Тора ве-Авода", "Вязаной Кипы", члены которых, помимо религиозного образования, получали и профессиональное, служили в армии, занимались политикой и наукой. Они расселились по всей стране, интегрировались в общество. Однако жители Меа Шеарим продолжали хранить свой образ жизни, посвящая себя только изучению Торы. Их по-прежнему содержала диаспора, но теперь они получали и небольшие пособия от государства, которых хватало на скромное существование, показанное в фильме. Несмотря на высокий уровень жизни в Израиле, сравнимый с Францией, превосходящий Италию и Японию, доход харедим на семью сопоставим с доходами в Польше или России, а в пересчете на душу населения - еще меньше. Они живут в своем гетто, часто сталкиваются с непониманием и презрением окружающих, особенно выходцев из СССР. Советские евреи, воспитанные в духе атеизма и материализма, нередко называют их "пейсатыми паразитами", испытывают ярость, видя евреев, похожих на их дедов и прадедов. Комсомольское и партийное воспитание оставило свой отпечаток. Я, возможно, тоже усвоил бы такое отношение, если бы не мой учитель. Раввин в одиннадцатом поколении, многодетный отец, он работал преподавателем математики в иешива-тихонит - школе-йешиве, где давали аттестат зрелости по общим стандартам, но половину учебного времени уделяли Торе. Конечно, это была двойная нагрузка, но дети из религиозных семей к учебе привыкли. В их семьях культивируется тяга к знаниям, учатся все - взрослые и дети, молодые и старые. В наше время учатся и девочки, и женщины. Я увидел, какое золотое сердце и прекрасную душу имеет еврейский народ. Люди в этом фильме - обычные люди, со своими недостатками и слабостями. Но они умеют понимать и любить друг друга, способны раскаиваться, не стесняются просить прощения. Нет семей лучше, чем в этой среде. Я ни разу не видел детской драки, не слышал ругани. Каждого малыша хочется приласкать, такие они чистые, славные. Семья с тремя детьми - редкость, счет начинается с четырех. В их маленьких тесных квартирках царит любовь, а когда приходит суббота - спускается удивительный счастливый покой. Там я начал понимать, что такое радость Торы и радость жизни, не омраченная страхом смерти, страхом перед будущим. Ибо на все Господня воля. Но попасть в этот мир извне невозможно, в нем надо родиться. Легко присоединиться к более современным общинам, у которых тоже есть свои школы и даже университет, школы и иешивы, в том числе военные, для срочников, которые отбывают воинскую повинность не три года, а пять, сочетая службу с учебой. Но все это - современные люди. А харедим - светоч и храм еврейского прошлого. Одеждой и бедностью они похожи на амишей, но амиши не посвящают жизнь учебе, а харедим не гнушаются ни современной техникой, ни технологией. Самые красивые женщины живут в Меа Шеарим, потому что они чисты, целомудренны, преданные жены и матери. В этой жизни не демонстрируют страсть, но она есть, супруги до глубокой старости сохраняют любовь и уважение друг к другу. Этот фильм пробуждает в зрителе желание любить и раскаиваться. А в еврейской душе еще жива любовь к Богу и своему народу, к Израилю. Этот сериал - не просто история, это зеркало, отражающее вечные ценности, призывающее к милосердию, состраданию и уважению к ближнему. Это - возможность заглянуть в чудесный тайный сад, который хранит в себе Народ Книги, и, возможно, захотеть, чтобы люди в нем снова стали такими, какими их сотворил Всевышний.

Недавно я открыла для себя израильский сериал "Штисель", который долгое время пылился в моих закладках, но о котором с такой теплотой отзывалась моя знакомая, давно живущая в Израиле. Это дебютная режиссерская работа Алона Зингмана, где главные роли виртуозно исполнили Довале Гликман, воплотивший образ Шулема, и Михаэль Алони, создавший трогательный портрет Акивы. Сериал погружает в закрытый мир ультраортодоксальных евреев, обитающих в особом квартале Иерусалима. Признаюсь, я, конечно, кое-что читала об этой общине, но представить, как эта жизнь выглядит в реальности, было сложно. Оказалось, что она поражает своей самобытностью, порой кажется немыслимой в современном мире. Это удивительное сочетание глубокого почитания традиций и едва уловимых проявлений современности. Они живут по своим законам, выработанным веками, и в то же время не могут полностью игнорировать влияние окружающего мира. В сердце шумного, прогрессивного города существует параллельная вселенная, со своим ритмом, своими ценностями, своими сложностями. Эта большая, замкнутая группа людей, осознанно выбравшая такой путь, словно усложняет и без того непростую человеческую жизнь. И, что интересно, их заботы далеки от материального благополучия. Для мужчин главным делом является изучение Торы - всепоглощающая страсть, которая передается из поколения в поколение. Они учат, затем преподают, посвящая этому всю свою жизнь. Женщины же, не менее самоотверженно, посвящают себя материнству, воспитанию многочисленных детей и ведению домашнего хозяйства. В центре повествования - семья Штиселей. Большая часть сюжетных линий посвящена Шулему, недавно овдовевшему главе семейства, и его младшему сыну Акиве. Акива - настоящий бунтарь, он сильно отличается от остальных членов семьи своей отстраненностью от религиозной жизни и мечтательностью. Его душа тянется к прекрасному, он увлечен рисованием и живописью, что категорически не приемлется в ортодоксальной общине. Шулем - натура противоречивая. С одной стороны, он заботится о сыне, о своей престарелой матери, о других детях и внуках. С другой - порой проявляет деспотизм, не гнушается обманом, совершает неоднозначные поступки. Он даже пытается найти себе новую жену, ведь любит вкусно поесть, но в душе остается верен памяти своей ушедшей супруги, и эти попытки ни к чему не приводят. Другие члены семьи тоже не лишены недостатков. Например, младший брат Шулема, Нухем, на мой взгляд, - откровенный пройдоха, склонный к подлости. Он пятнадцать лет жил в Бельгии и появляется только на похоронах матери, чтобы тут же намекнуть на свои меркантильные интересы. Между братьями часто возникают конфликты. Акиве приходится непросто - он мечется между требованиями религии, от которых порой отвлекается, впадая в ужас, и своими чувствами, между ультиматумами родственников и страстью к искусству, которую поддерживает владелец местной картинной галереи, продвигающий его работы. К концу второго сезона нам вроде бы дают надежду на счастливый исход, но нельзя быть уверенным в том, как дальше будут развиваться события, не выкинет ли отец что-нибудь новое. В целом, сериал мне очень понравился, хотя я бы не сказала, что сценарий был идеально проработан. Некоторые сюжетные линии остались незавершенными, повисли в воздухе, как будто авторы начали их, а потом передумали. Тем не менее, смотреть было невероятно интересно. Получилась качественная, драматичная история, к которой невольно начинаешь испытывать сочувствие. Игра актеров тоже выше всяких похвал. Если вам интересна эта необычная тематика, я настоятельно рекомендую посмотреть "Штисель". Это сериал, который заставляет задуматься о вечных ценностях, о вере, о семье и о том, как найти свой путь в этом сложном мире.

Сериал «Штисель» - это проникновенная сага о жизни ультраортодоксальной семьи, раскрывающая тонкости их быта, сложность взаимоотношений внутри клана и взаимодействие с внешним миром. Создатель этого многогранного проекта, Алон Зингман, не скрывал своего восторга от неожиданно теплого приема, который сериал получил от зрителей, и особенно - от представителей тех самых общин, чей уклад жизни он так бережно воссоздавал на экране. Поразительным было признание самого режиссера: мелодии из «Штиссле» стали звучать на свадебных церемониях, проникая в самые сердца религиозных семей. Для Зингмана это стало высшей наградой, подтверждением того, что его работа нашла глубокий отклик у тех, кого он стремился понять и показать. Над созданием этой сложной, многослойной драмы трудились два талантливых сценариста, чьи собственные корни уходят в харедимские традиции. Именно их личный опыт и глубокое понимание мира ультраортодоксов позволили создать настолько достоверный и правдивый портрет этой закрытой общины. Сериал, впервые представленный зрителям в 2013 году, не утратил своей актуальности и по сей день, продолжая завоевывать сердца поклонников благодаря своей искренности и эмоциональной глубине. Авторы проекта ставили перед собой амбициозную задачу - показать жизнь харедимов без прикрас, без фальши и вымысла, с предельной реалистичностью. И, судя по ошеломительному успеху и неизменному интересу со стороны зрителей, эта задача была блестяще выполнена. Ориентация на максимально правдивое отображение жизни харедим обусловлена глубокой личной связью одного из создателей с этой общиной. Индурски, как человек, выросший в самом сердце иерусалимского района Гиват Шауль, прошедший обучение в престижной ешиве «Поневич», а затем получивший профессиональное образование в иерусалимской школе кино и телевидения «Сэм Шпигель», прекрасно понимает все тонкости и нюансы этого уникального мира. «Штисель» разрушает стереотипы и предрассудки, показывая, что ультраортодоксы - такие же люди, как и все мы. Они испытывают те же чувства, любят своих детей и внуков, дорожат семейными ценностями, стремятся к счастью и благополучию. Религиозные обычаи не являются преградой для любви, страсти и человеческих отношений, а лишь формируют особую атмосферу жизни. Более того, сериал убедительно демонстрирует, что люди, говорящие на разных диалектах, принадлежащие к разным культурам и верованиям, могут мирно сосуществовать и понимать друг друга. И, конечно же, «Штисель» не лишен юмора. Тонкий, ироничный, жизненный юмор, который помогает зрителям лучше понять и полюбить героев сериала. Это не просто телевизионная драма, это увлекательное путешествие в мир, который до этого был закрыт для многих. Сериал, способный затронуть самые глубокие струны души и заставить задуматься о вечных ценностях, даже для тех, кто совершенно не знаком с жизнью ультраортодоксов. «Штисель» - это история о людях, о любви, о вере, о жизни во всех ее проявлениях.

Это кино, пожалуй, одно из самых глубоких и трогательных произведений, что когда-либо касались моей души. Это не просто повествование, это сложная, многогранная сага о семье, развернувшаяся на фоне целой жизни, а не мимолетного эпизода, как это часто бывает в полнометражном кинематографе. Сериал погружает нас в реальность, живую, настоящую, без прикрас и искусственности. Его невозможно назвать иначе, как воплощением самой жизни. Каждый персонаж выписан с невероятной точностью, как будто перед нами не актеры, а живые люди, со всеми присущими им достоинствами и недостатками. Здесь не встретишь карикатурных героев и однозначных злодеев. Только люди - со своими характерами, ценностями, стремлениями, надеждами и, конечно же, со своей непоколебимой верой. Не буду раскрывать всех карт и лишать вас удовольствия от просмотра, но позвольте мне сказать, что финал второго сезона вызвал у меня бурю эмоций, и слезы сами потекли по щекам. Этот фильм - не просто иллюстрация жизни ультраортодоксальной общины. Это гимн Любви - во всех ее проявлениях. Он затрагивает фундаментальные вопросы бытия, заставляет задуматься о том, кто мы есть на самом деле, и ради чего существует наша жизнь. Что действительно имеет значение, когда все остальное меркнет? Возможно, вы не разделяете стереотипы, связанные с ортодоксальным образом жизни, и это совершенно нормально. Но ценность этого фильма заключается в том, что он позволяет увидеть в людях, кажущихся чуждыми и непонятными, отражение самих себя. Мы перестаем судить и осуждать, вместо этого начинаем сочувствовать, понимать и находить точки соприкосновения. Ведь, в сущности, несмотря на все культурные, религиозные и социальные различия, мы все - Люди. И именно об этом, о нашей общей человечности, и рассказывает этот пронзительный и вдохновляющий фильм. Он напоминает нам о том, что любовь, сострадание и понимание - это универсальные ценности, которые объединяют нас всех, независимо от того, где мы живем и во что верим. Это кино, которое останется в вашем сердце надолго после финальных титров.

Не помню, когда в последний раз я испытывала столь глубокое увлечение, столь искреннее наслаждение от просмотра сериала. Это не просто телешоу, а настоящее кинематографическое откровение, еще один бриллиант израильского кинематографа. У них особенная, неповторимая школа, свой взгляд на жизнь, который радикально отличается от привычных нам западных или американских стандартов. Их истории пропитаны культурой, традициями и тонким пониманием человеческой души. Сериал словно приподнимает край завесы, позволяя нам заглянуть в закрытый мир ультраортодоксальных евреев - сообщества, существующего по своим незыблемым законам и традициям. Это как государство в государстве, со своими правилами, нравами и устоявшимися веками обычаями. И этот мир, казалось бы, далекий и чуждый, вдруг становится ближе, понятнее, человечнее благодаря талантливому сценарию и режиссерской работе. История, рассказанная в сериале, охватывает несколько поколений одной семьи, позволяя проследить их путь, их взлеты и падения, их радости и горести. Прадед отца главного героя, некогда житель Минска, оставил родные края в поисках лучшей жизни и нашел ее на земле обетованной. С тех пор, уже пять поколений его потомков живут и процветают в Израиле, глубоко чтя традиции своих предков. Вдумайтесь, пять поколений, бережно хранящих связь времен и передающих ее из уст в уста. С такой семьей, с такой поддержкой и любовью, кажется, никакие невзгоды не страшны, никакие враги не смогут причинить вреда. Эта семья - крепость, оплот веры и надежды. Я настоятельно рекомендую вам посмотреть этот сериал. Окунитесь в этот удивительный мир, позвольте себе насладиться прекрасной игрой актеров, вдохнуть воздух древнего Иерусалима, почувствовать атмосферу таинственности и благоговения. Этот сериал - не просто развлечение, это возможность увидеть жизнь другими глазами, задуматься о вечных ценностях и найти в себе что-то новое. Поверьте, вы не пожалеете потраченного времени. Это история, которая остается в сердце надолго после финальных титров.