сериал Американский жиголо

## Эхо роскоши и греха: Размышления о новом «Американском жиголо» Словно призрачный отголосок декаданса, «Американский жиголо» Пола Шредера 1980 года до сих пор манит своей притягательной меланхолией и чувственной атмосферой. Это запечатленный в кадре момент между эрой диско и наступлением эпохи Рейгана - размытый, расслабленный, словно музыкальное видео, пропитанное духом беззаботности и одновременно предчувствием надвигающихся перемен. Трагическая история молодого человека, вознесшегося на вершину мира роскоши и павшего жертвой собственной гордыни, и его отказ подчиняться неписаным правилам игры, навсегда врезается в память. Клиническое увлечение предметами роскоши, словно доспехами, скрывающими внутреннюю пустоту, и блистательный кастинг, воплощенный в образах Ричарда Гира и Лорен Хаттон, создавали неповторимый визуальный ряд. Казалось бы, фильм, столь точно отразивший дух своего времени, вряд ли нуждается в перезагрузке. Однако, как оказалось, фантазии о гедонистической жизни и связанные с ней вечные темы одиночества и духовного кризиса остаются актуальными вне зависимости от эпохи. И вот, перед нами новый «Американский жиголо» - восьмисерийная драма, созданная Дэвидом Холландером, шоураннером популярного «Рэй Донована», и представляющая собой одновременно сиквел, приквел и ремейк оригинальной истории. Официально сериал «основан на персонажах, созданных Полом Шрейдером», а сам Шредер фигурирует в качестве «исполнительного консультанта». В центре сюжета - Джулиан Кэй, чье настоящее имя - Джонни Хендерсон, отсидевший пятнадцать лет за убийство клиента. Это не то убийство, в котором его подозревали в фильме, но, как и прежде, его обвиняют несправедливо. Сериал начинается с его оправдания и освобождения, давая старт сложному и многослойному повествованию. История развивается параллельно в трех временных линиях. Мы наблюдаем детство Джонни в начале 1990-х, узнаем о его первых шагах в мире эскорта, видим расцвет его карьеры, действие которого происходит в середине 2000-х, и, наконец, оказываемся в настоящем, где он пытается наладить свою жизнь в захудалых районах Лос-Анджелеса. Новое убийство, связанное с его прошлым, заставляет его вернуться к прежней профессии и разгадать тайну, угрожающую его будущему. Нелинейное повествование, с его постоянными переходами между разными временными рамками, создает ощущение фрагментированности и может сбить с толку. Воспоминания, наплывающие одно за другим, часто повторяются и выдают информацию не в той последовательности, которая могла бы вызывать воспоминания, а лишь раздражать и утомлять. Однако, в сериале присутствует та самая меланхолия, томная атмосфера и завораживающий блеск роскоши, за которые так ценился оригинальный фильм. В значительной степени это заслуга Никки Тоскано, работавшей над созданием атмосферы, и оператора Роберта Маклахлана, чьи работы были отмечены премией «Эмми» за «Рэй Донована» и «Игру престолов». В центре этой сложной конструкции находится Джон Бернтал, вступающий в роль, созданную Ричардом Гиром. Однако, его Джулиан Кэй - это совершенно другой персонаж. В оригинальном фильме 1980 года Кэй был высокомерным, манипулятивным и загадочным мужчиной, чья способность испытывать искренние эмоции всегда вызывала сомнения. Новый Кэй - это грустный, благородный и, что особенно важно, жертва, проданная в проституцию в детстве. Теперь от нас требуется сочувствие к нему. Можно возразить, что изменения в образе героя вполне оправданы сменой эпохи и пятнадцати годами, проведенными в тюрьме. Сентиментализация его личности может быть попыткой очеловечить его и сделать более понятным зрителю. Но это вдвойне ошибочная идея: она лишь подчеркивает, что он все еще остается скорее плотской фантазией, чем полноценным персонажем, и превращает то, что могло бы быть захватывающей и мрачной тайной, в банальную мыльную оперу. Когда сериал пытается быть странным и необычным, он кажется устаревшим, а сцены гедонистических вечеринок у бассейна выглядят странно глухими, учитывая, что действие происходит в начале 1990-х, в эпоху параноидального страха перед СПИДом. И трудно проникнуться симпатией к Джулиану в исполнении Бернтала, чья игра, несмотря на ее угрюмость и сдержанность, кажется несколько однообразной. Проблема заключается не в актерской игре, а в самой концепции сериала и его персонаже. Несмотря на отдельные недостатки, сериал может понравиться благодаря своей нуарной атмосфере, впечатляющим декорациям и дорогой постановке. За производством стоят такие именитые фигуры, как Джерри Брукхаймер, вернувшийся из оригинального фильма, и мастера франшизы «C.S.I.» Джонатан Литтман и Кристи-Энн Рид. Однако, временами сюжетные дыры кажутся слишком очевидными и разрушают целостность повествования. Талантливые исполнители, такие как Леланд Орсер, Уэйн Брэди, Лотер Блюто и Гретхен Мол, в роли Лорен Хаттон, отвлекают внимание от недостатков сюжета. Но больше всего радует Рози О’Доннелл в роли детектива Воскресенья, которая, словно инородное тело в этом мире роскоши и греха, оскорбляет и смущает всех, кого встречает на своем пути. Кажется, будто она попала в совершенно другой сериал, который было бы гораздо интереснее посмотреть. В конечном итоге, новый «Американский жиголо» - это сложная и противоречивая драма, которая пытается вдохнуть новую жизнь в культовый фильм, но не всегда справляется с этой задачей. Сериал обладает определенным шармом и атмосферой, но ему не хватает цельности и глубины, чтобы по-настоящему зацепить зрителя. Это эхо роскоши и греха, которое, к сожалению, звучит не так сильно, как оригинал.